Истории и анекдоты › Хасидские истории
Неила кантонистов
Реб Мордехай, хасид третьего Любавичского Ребе, рабби Менахема Мендла из Любавичей (1789–1866), был послан своим Ребе странствовать по русской провинции, из местечка в местечко, чтобы вдохновлять разбросанных там евреев учением хасидизма. Однажды, в канун Йом Кипура, он пришёл в глухое местечко и узнал, что все его евреи, около сотни человек, накануне уехали в Витебск, чтобы молиться в Судный день в тамошней большой синагоге.
И вот, за несколько часов до самого святого дня в году, он оказался без миньяна, десяти евреев, нужных для общественной молитвы. «Евреев вы здесь не найдёте, ребе, — сказал ему один из местных. — Но часах в двух отсюда есть маленькая деревня кантонистов. Странный народ, но ближе к евреям вы сейчас здесь ничего не найдёте».
Кантонисты были евреями, которых по указу царя Николая I маленькими детьми отрывали от семей на 25 лет «службы» в царской армии, где любыми жестокими средствами их заставляли отречься от еврейства. Те немногие, кто выжил, выходили спустя десятилетия настолько сломленными телом и духом, что уже не могли жить обычной жизнью. Поэтому они селились вместе в маленьких деревнях, вдали от остального мира.
Реб Мордехай тотчас отправился в путь. Прошло больше часа, а он всё ещё ничего не видел. И вот на горизонте что-то показалось: несколько старых деревянных домов. Это, должно быть, та самая деревня. Первый же житель, увидевший входящего раввина, позвал остальных, и в один миг все выстроились в ряд с сияющими лицами и по очереди пожимали руку гостю. Они были вне себя от радости. Какая честь, настоящий раввин у них в гостях!
Потом они отступили, сбились в кучку и зашептались. Затем замолчали, снова посмотрели на раввина, и один из них с великим смирением вышел вперёд, откашлялся и объявил: «Простите, ребе, но мы были бы очень польщены, если бы его превосходительство раввин оказал нам честь и вёл молитвы Йом Кипура». Остальные стояли, глядя на него широко раскрытыми умоляющими глазами, и кивали. Реб Мордехай согласился, и радостные рукопожатия начались заново. «У нас только одно условие, — продолжил тот. — Неилу, заключительную молитву святого дня, ведёт один из нас».
Через час все сидели в торжественной атмосфере Йом Кипура в своей маленькой синагоге и слушали прекрасные, идущие от сердца молитвы хасидского раввина. Реб Мордехая охватило совершенно особое чувство. Никогда он не переживал такого Йом Кипура. Никогда не бывал в таком миньяне: евреи, каждый из которых прошёл через ад, через такое, чего он не мог и вообразить, только ради Б-га. Он знал все книги, а они не знали ничего, и всё же он чувствовал себя крошечным рядом с этими простыми людьми.
Его душа лилась в молитвы, и ему казалось, что никогда в жизни он не пел так прекрасно. Сначала Кол Нидрей, потом вечерняя молитва; на следующий день он вёл остальные три молитвы и дважды читал Тору. Наконец, к концу дня, настала их очередь. Пришло время Неилы.
Реб Мордехай отошёл, сел вместе со всеми и стал ждать, что будет. Почему они хотели эту молитву для себя? Один из кантонистов встал, сделал несколько шагов вперёд и встал у стендера спиной к людям. Затем, прежде чем начать, он стал расстёгивать рубашку и снимать её. Реб Мордехай уже готов был возразить: нельзя снимать рубашку в синагоге! Но когда рубашка упала с плеч этого человека, она открыла сотни шрамов, годы и годы глубоких шрамов, каждый из них за то, что этот человек отказался оставить Б-га Израиля.
Реб Мордехай ахнул, и слёзы потекли по его лицу. Кантонист поднял руки к Б-гу и громко сказал: «Б-же, пошли нам Машиаха! Избавь еврейский народ сейчас! Я прошу не ради наших семей, потому что у нас нет семей. Я прошу не ради нашего будущего, потому что у нас нет будущего. Я прошу не ради нашего заработка, нашего удобства, наших детей или нашего доброго имени, потому что и этого у нас нет. Мы просим только одно: Асэ лемаан шмеха, сделай это ради Себя!»
Затем он надел рубашку и начал молитву.
Источник: Chabad.org, «Миньян кантонистов» (из собрания историй раввина Лабковского)
Еще: хасидские истории
Читать об этом подробнее
Йом Кипур для начинающих: ваш первый День искупленияПутеводитель для тех, у кого первый Йом Кипур: смысл дня, пять запретов, кому нельзя поститься, Кол нидрей, Изкор и Неила, и что надеть.
Битахон: упование на Б-га, когда жизнь неопределённаЧто такое битахон, упование на Б-га, чем оно отличается от веры, почему всё равно нужно прилагать усилия, и как меньше тревожиться и больше доверять.